21 сентября 2012 г.

Патология одиночества

Совсем не смешная история, но какая-то она обнадеживающая, что ли... Как хорошо, что есть на свете такие люди, как автор этого рассказа! Я случайно наткнулась на эту байку на просторах интернета и сразу же поняла, что она обязательно должна занять свое место в моей коллекции.

Вот что автор рассказывает о себе:

Меня зовут Ольга, для близких я - Олёна, для соседей - Михална. Коренная сибирячка, но волею судеб уже 12 лет живу в чудном городе Ярославле.
Творческая, рукодельная, кулинарная. Дети (два сына и дочь) и внуки (два мальчика и девочка) живут очень далеко. Рано овдовела, впадаю по этому поводу периодически в депрессию, но научилась выплывать. Коплю силы, чтобы радикально изменить ситуацию и опять радоваться жизни!

Прочитайте, пусть вам эта история понравится и пусть она всколыхнет в вас желание оглянуться вокруг и посмотреть, может быть, кому-то нужно ваше внимание, ваша дружеская рука, просто человеческое участие... А, может, кто-то захочет взглянуть на собственную жизнь сквозь призму этого рассказа и вам захочется изменить свою жизнь к лучшему?..

 

Патология одиночества

- Нет, вы посмотрите на нее! Ее выписывают, а она рыдает! – Поразились единодушно все дамы в палате ортопедического областного центра.
Я только что «перекатилась» из реанимации в нормальную палату и меня уже живо интересовал вопрос: когда выпишут?.. Домой хотят как можно быстрей 99% пациентов.
- Мне рано! Рано! – Злые слезы заливали лицо женщины, имя которой я так и не успела узнать. – Они обязаны меня лечить здесь месяц! Я это так не оставлю!!
Санитарка помогла ей вынести сумку – женщина еле ковыляла на костылях после замены тазобедренного сустава. 
- Она по квоте! По квоте долго не держат! – Валя у нас информбюро, она лежит в центре в четвертый раз. 
Артроз – болезнь системная, тут только успевай выстраивать очередность замены крупных суставов: два – тазобедренных, два – коленных. И действительно, по квоте здесь старались выписывать побыстрее. Если платных – до швов, то квотников – температура 36 – и домой! На койко-место в центре очередь огромная. И по моим наблюдениям здесь делают платных операций в два раза больше, чем по квоте. 
Через пару дней в отделении начался шухер: палаты отмыли до блеска, под каждую кровать сунули по утке. До этого утки были страшным дефицитом, их санитарки подзывали особым свистом, после чего они улетали в неведомые унитазные края). 
- Комиссия!! – свистящим шепотом доложила всем Валя, которая за два года заходов на смену суставов подружилась со всем медперсоналом. – Наша-то (имелась в виду выписанная дама) жалобу в департамент накатала! Нас ведь и правда должны держать месяц!! 
Этот месяц проплачивается государством, причем львиная доля там – это деньги на содержание и уход за пациентом в больнице. На 20-30 дней. 
Выписки у нас резко прекратились.
- Ну вот,- расстроилась у нас вся палата, - домой охота!!!...
И все дружно осудили предательницу. 
…Однако я свое мнение потом изменила.
Поступила к нам в палату Света. И плакала она после операции целый день. Мы стояли на ушах: и врачей звали, и медсестру уговорили на сильный укольчик, и советы давали, и анекдоты травили… Света (58 лет, одинокая работающая библиотекарша) то начинала смеяться, то опять плакала. Наконец выяснили: ей не больно, ей страшно. 
- Я одна живу, на пятом этаже без лифта,- голос у нее был, как у котенка,- а как тут на костылях…
- А родные?
- У меня никого нет. 
Тут мы все и выпали в осадок. Света поступила в отделение по травме – упала, перелом бедра, а получилось – замена тазобедренного сустава.
Ночью Света не спала – после операции боль до конца не снимается никакими уколами. Кровати у нас были рядом и мы шептались до утра. 
Такая вот судьба – как листочек бумаги между толстыми томами чужой жизни, никто и не приметит, когда он засохнет. 
Ее бабушка никогда не была замужем. Родила дочь. Держала ее в жестокой строгости. Била (чтобы в подоле не принесла). Результат – принесла. Отец неизвестен. И вот уже Свету бдили в четыре глаза. И добдили: ни замуж она не вышла (всех женихов браковали), ни ребенка не родила. Так всю жизнь за книжными полками и просидела. 
- Сначала за бабушкой надо было ухаживать,- еле слышно шелестел рассказ Светланы,- потом ее похоронили и за мамой надо было ухаживать, она слегла… Ну как я могла ее бросить? Да и квартира у нас однокомнатная…
Маму Света похоронила, когда самой было уже 48 лет. Личная жизнь затюканную женщину уже не интересовала как таковая. 
- Сначала мне было так хорошо, так хорошо, мне даже стыдно было, что я так счастлива – могу пойти куда хочу и с кем хочу! Потом как-то все успокоилось, сейчас все нормально, и работа, и дом… Нет, замуж я не хочу, я их боюсь! 
Так я и думала – Света оказалась девственницей. И даже подруг не накопила за свою длинную жизнь. 
Честно: лежала, слушала и чувствовала какую-то личную вину. Ведь могла судьба как-то распределять проценты счастья на всех. Хотя бы на женщин. Ну почему – у меня и замечательный муж, и трое благополучных детей, и внуки множатся, и в профессии я состоялась. Да, супруг рано ушел из жизни. Это больно. Но дети и внуки остались. А сколько памяти?!! 
И вот женщина, в которой убили женщину еще в детстве. Что дальше? Она в свое одиночество оделась, как в панцирь. 
Когда я выписывалась, мне свои сотовые телефоны дали все, кроме Светы. Я видела, что она не спит, а притворяется. И я понимаю, почему. И не осуждаю. У меня у самой была сверхдеспотичная мама (дай Бог ей долгих лет жизни!). 
Но я встану на ноги и найду ее. Я ведь запомнила, в какой библиотеке она работает!

Источник здесь.

 


arrows

Новенькое в других блогах, почитайте!


Комментариев нет:

Отправить комментарий